Молдова перешла к новому этапу переговоров с Европейским союзом — техническому. Это уже не обсуждения «в теории» и не сверка законов на бумаге, а конкретная работа: реформы, решения, изменения, которые должны приблизить страну к членству. Что это значит на практике, сколько продлится процесс и почему деньги из ЕС приходят только за выполненные обязательства — в специальном интервью для Moldova Liberă объясняет вице-премьер по евроинтеграции Кристина Герасимов.
От скрининга — к реальным изменениям
Главное отличие нынешнего этапа — переход от подготовки к действиям. Если раньше речь шла о сравнении законодательства, то теперь — о его внедрении. Если коротко — мы перешли от подготовки к конкретной работе: теперь вместе с Евросоюзом определяем, какие изменения Молдова должна реализовать для вступления в ЕС, объясняет Кристина Герасимов.
«До этого был этап скрининга, когда мы изучали европейское законодательство и искали пробелы. Сейчас этого этапа уже недостаточно — мы знаем, что именно нужно делать, какие у нас приоритеты, и ежедневно работаем над их реализацией, отслеживаем прогресс и отчитываемся по результатам», — сказала вице-премьер.
Но речь идёт не о формальной процедуре, а о процессе, который уже сейчас влияет на жизнь людей.
«Технические переговоры — это не финал, а фундамент. Каждая реформа, которую мы проводим в рамках этого процесса, уже сейчас улучшает жизнь граждан: делает суды справедливее, дороги лучше, стандарты безопаснее. По сути, речь идёт о том, чтобы европейские правила и стандарты начали работать в Молдове уже сейчас, ещё до вступления. Именно качество этой работы определяет, насколько быстро мы сможем двигаться дальше», — отметила чиновница.
Поддержка — от всех 27 стран ЕС
Вопреки распространённому мнению, у Молдовы нет одного «ключевого партнёра» в Евросоюзе — поддержку страна получает от всех государств-членов, отмечает вице-премьер по евроинтеграции. Чиновница подчеркивает: хорошая новость в том, что нас поддерживают все 27 государств-членов ЕС.
«Каждый помогает по-своему: кто-то финансово, кто-то делится экспертизой, кто-то обеспечивает политическую поддержку. Мы ведём постоянный диалог со всеми странами, чтобы понимать их опыт и учитывать его в нашей работе. Это не просто дипломатия — это практическая помощь, которая позволяет нам двигаться быстрее и избегать ошибок», — подчеркнула вице-премьер.
Отдельную роль играют двусторонние контакты — именно на них часто обсуждаются конкретные приоритеты.
33 главы и жёсткий контроль
Переговорный процесс охватывает 33 направления — от экономики до экологии. Но ключевой момент — это не количество тем, а формат работы.
«Сейчас процесс устроен очень чётко и методично. Мы уже прошли этап разъяснительных сессий по всем 33 главам и имеем ясное понимание того, какие реформы нужно проводить. Дальше — регулярный мониторинг: мы показываем, какие законы приняты, какие институты укреплены, что изменилось на практике. И важно, что Еврокомиссия оценивает не только документы, но и то, как изменения реально работают в жизни людей», — пояснила она.
При этом нагрузка распределяется неравномерно: есть направления, где контроль значительно жёстче.
«Реформы судебной системы, борьба с коррупцией и обеспечение безопасности — это база, без которой невозможно двигаться дальше. Поэтому по этим направлениям встречи проходят каждый месяц, и контроль здесь самый строгий. По другим темам отчётность поквартальная. Это непростой ритм, но именно он позволяет нам показывать реальные результаты, а не просто делать декларации», — добавила чиновница.
При этом Молдова занимает первое место по уровню реализации реформ, необходимых для вступления в ЕС. Кишинев быстро и успешно приводит национальное законодательство и институты в соответствие с европейскими стандартами, сообщила 20 апреля европейский комиссар по вопросам расширения Марта Кос на встрече с депутатами Европарламента. По ее словам, уровень выполнения реформ в Молдове составляет 93%.
Переговоры — это не только Брюссель
Ключевые решения принимаются в Брюсселе, но сам процесс давно вышел за рамки одной площадки, утверждает Кристина Герасимов. Переговоры проходят в гибридном формате: онлайн, в Кишиневе и в столице ЕС. Европейские эксперты регулярно приезжают в Молдову, чтобы оценить реформы на месте, а молдавская делегация — участвует в ключевых заседаниях и межправительственных встречах в Брюсселе. Несмотря на то, что координацию ведёт Бюро по вопросам европейской интеграции, фактически в переговоры вовлечено всё государство.
«В Брюсселе 17 марта мы открыли технические переговоры по последним трём кластерам — “Конкуренция и инклюзивный рост”, “Зелёная повестка и устойчивая сопряжённость”, а также “Природные ресурсы, сельское хозяйство и сплочённость”. Это был важный момент, совместное заявление с Еврокомиссаром по расширению Мартой Кос подтвердило: Молдова работает по всем 33 главам параллельно, с разной интенсивностью в зависимости от области. Но технические переговоры — это двусторонний процесс, который проходит как в формате онлайн встреч, так и вживую», — заявила вице-премьер.
Амбициозная цель — 2028 год
Сроки переговоров в ЕС традиционно сильно различаются: одни страны проходят путь за несколько лет, другие — за десятилетия. Молдова ставит перед собой достаточно амбициозную, но не недостижимую цель, считает чиновница.
«Опыт у всех разный. Финляндия и Швеция вступили в ЕС очень быстро — примерно за три года с момента подачи заявки. В Польше, Румынии и Болгарии переговоры заняли от семи до десяти лет. Черногория ведёт переговоры уже больше двенадцати лет и пока ещё их не завершила. Разница — в скорости реформ и реальной политической воле как внутри стран-кандидатов, так и на уровне государств-членов ЕС, ведь финальный голос — решение принимается единогласно всеми государствами-членами ЕС. Мы поставили перед собой цель быть готовыми завершить переговоры в начале 2028 года. Это амбициозно, но Европейская комиссия считает эту цель достижимой. До сих пор нам удавалось доказывать, что мы можем двигаться быстро — например, за последний год Молдова показала один из самых высоких темпов прогресса среди стран-кандидатов», — отметила она.
Деньги приходят за результат
Финансовая поддержка ЕС напрямую связана с прогрессом реформ. И это не формальность, а жёсткое правило, подчеркивает Кристина Герасимов.
«Второй транш в размере 189 миллионов евро уже поступил. Это произошло после положительной оценки выполнения 24 реформ из 26. Из этой суммы 173 миллиона направлены напрямую в государственный бюджет, ещё 16 миллионов — на инвестиционные проекты. Это прямое подтверждение принципа наших отношений с ЕС: когда партнёры выполняют обязательства, Евросоюз выполняет свои», — подчеркнула чиновница.
При этом по словам Кристины Герасимов, результаты финансовой помощи ЕС уже можно «потрогать».
«Молдова получает транши по факту выполненных обязательств по конкретным проектам. Например, ремонт местных дорог в 100 населенных пунктах, строительство 200 км региональных и районных дорог, внедрение 200 местных и региональных проектов по всей стране, современные столовые в школах, надбавка к окладу в размере 3000 леев для молодых специалистов, компенсации для населения за электричество и отопление в прошлом году, 200 миллионов леев на поддержку предпринимателей, более 100 миллионов на внедрение проектов по защите окружающей среды и многие другие. Это не абстрактная помощь — это реальные изменения, которые уже сейчас видят люди в разных регионах страны. Речь идёт не только о социальной сфере, но и об экономике — инвестиции напрямую связаны с реформами», — приводит данные вице-премьер.
Таким образом, с учетом средств полученных в прошлом году из пакета помощи, который суммарно достигает 1,9 миллиарда евро Молдова уже получила почти четверть суммы — и каждый раз это было прямым следствием выполненных обязательств. Еврокомиссар по расширению Марта Кос сказала об этом прямо: когда партнёры выполняют свои обязательства, Евросоюз выполняет свои. Это и есть суть наших отношений с ЕС — взаимная ответственность, отмечает Кристина Герасимов.
2028 и 2030: в чём разница
В публичном пространстве часто звучат две даты — 2028 и 2030 годы. На деле это два разных этапа подчеркивает вице-премьер.
«Когда мы говорим о 2028 и 2030 годах, важно понимать разницу. 2028 — это цель завершить переговоры. После этого начинается подготовка и подписание Договора о вступлении, а затем его ратификация всеми государствами-членами. Этот процесс может занять ещё до двух лет. Поэтому 2030 — это ориентир готовности к членству, а не гарантированная дата вступления», — пояснила она.
Финал — это не конечная точка, а переход к понятным правилам
Главная цель переговоров — не сам факт вступления, а изменение правил внутри страны. В итоге речь идёт о том, чтобы правила, по которым живут страны ЕС, постепенно начали работать и в Молдове.
«Чтобы людям было проще вести бизнес, защищать свои права, получать качественные услуги и планировать своё будущее. Всё это происходит шаг за шагом, без резких изменений, но с понятной целью — стать полноценной частью Европейского союза», — заключила вице-премьер.
Намерения более чем серьезные
Также в подтверждение серьезности Правительство на заседании 22 апреля утвердило механизм внедрения и мониторинга Повестки реформ в рамках Плана роста Республики Молдова на 2025–2027 годы, а также порядок отчётности перед Европейской комиссией.
Документ вводит единые правила работы для всех ответственных учреждений — от планирования до отчётности. Речь идёт о более чётком распределении ответственности, унифицированных процедурах и системе, которая позволяет в режиме реального времени отслеживать прогресс по реформам.
Власти признают: впереди ещё большой объём работы, и ключевой фактор — внутренняя координация и дисциплина.
«Такая оценка показывает серьёзность и решимость, с которой правительство реализует реформы и приближается к европейским стандартам. Но это также означает, что нам нужно ускоряться. В первой половине 2026 года предстоит реализовать 15 реформ, во второй — ещё 40. Это требует более чёткой координации и дисциплины внутри правительства», — отметил генеральный секретарь правительства Алексей Бузу.
В итоге переговоры с Евросоюзом — это не один большой политический момент и не дата, которую можно обвести в календаре. Это длинный, местами тяжёлый и очень приземлённый процесс, где каждое решение проверяется не словами, а результатом.
Фактически Молдова уже проходит путь, который многие страны ЕС проходили годами: перестраивает систему управления, переписывает правила, меняет подходы в экономике, правосудии, социальной сфере. И делает это не «под отчёт», а под реальную жизнь — чтобы эти изменения работали здесь и сейчас.
В этом и есть главное отличие нынешнего этапа. Евроинтеграция перестаёт быть абстрактной целью и становится ежедневной работой — с дедлайнами, проверками и конкретной ответственностью.
И чем дальше продвигается этот процесс, тем очевиднее: речь идёт не столько о вступлении в ЕС как формальности, сколько о том, какой станет сама страна к этому моменту.
Если этот темп удастся сохранить, то к моменту завершения переговоров Молдова будет не просто «кандидатом, готовым вступить», а государством, которое уже живёт по тем же правилам, что и страны Европейского союза. И тогда вопрос членства станет не столько политическим решением, сколько логичным завершением уже пройденного пути.
